Вадим Пономарев

12/07/2021 - 02:34   Classic   Концерты
130-летие со дня рождения Сергея Прокофьева БСО им. Чайковского п/у Владимира Федосеева отпраздновал оригинальной программой в рамках VII Международного фестиваля искусств П.И. Чайковского в Клину.

Программу составил сам Владимир Федосеев, фактически это музыкальный спектакль, в котором звучит только Прокофьев, но не только музыка, но и слово, - документы, письма, воспоминания. А в концерте №2 для скрипки с оркестром появляется невероятный виртуоз Павел Милюков, на секундочку.

Я спросил перед концертом, удалось ли Владимиру Ивановичу лично пообщаться с Сергеем Прокофьевым, ведь жили в одно время.

«К сожалению, нет, - ответил Федосеев. - Мы не совпали по времени, я был маленький, еще не вошел в круг общения. Общался только с музыкой Прокофьева. К сожалению... (и Федосеев горько покачал головой). Я люблю балетную музыку Прокофьева, больше, чем прочее. Симфонии играю, конечно. Но больше предпочитаю балетную музыку. Прокофьев — это русская музыка, русская. Она современная, конечно, в какой-то части. Но ее истоки — это русская музыка, и идеи, и названия. Это все наше, и дай Бог, чтобы больше было такой музыки».

На опен-эйре важно вовлечение с первой же секунды. Тем более, что над домиком Чайковского в Клину безмятежно голубело теплое небо, и солнце к вечеру начало отдавать деревьям длинные тени. Поэтому - сразу же знаменитый марш из оперы «Любовь к трем апельсинам», визитная карточка Прокофьева.

На сцене появились актриса Анна Большова и актер и телеведущий Юлиан Макаров. Большова артистично зачитала воспоминания Каролины Кодины, будущей жены композитора Лины Прокофьевой, о первой встрече с гением. «Прокофьев был высоким, очень худым и красивым. Окончив концерт, он поклонился странным образом — вдруг сложился пополам, будто складной нож. Я хлопала, как сумасшедшая»… И о личной жизни, и о документах, и арестах, и эмиграции Большова и Макаров повествуют словами самих документов, легко и непринужденно. Чудная подборка, кстати. Любопытно освежить в памяти непричесанные цитаты Глазунова и Шостаковича о Прокофьеве, или как Сергей Эйзенштейн годами выпрашивал у того музыку к фильму, да так и не получил ее.

На концерте
На концерте

Второй концерт Прокофьева скрипач Павел Милюков играет весьма непривычно. «Новую простоту» тогдашнего Прокофьева, поиск русской лирической мелодики в крупной форме Милюков подает трагическим высоким штилем. Скрипка то рассыпается в горьком плаче, то взлетает ввысь полупризрачными ангельскими опеваниями. Средины просто нет. Музыка в такой интерпретации словно подчеркивает, что для русского человека существуют только максимы, и плачет и смеется он на разрыв аорты. Это очень ярко, и очень по-русски, кажется.

БСО под чуткой рукой Владимира Федосеева все это тончайшим образом поддерживает. Звук оркестра столь прозрачен, что напоминает искусно размытые фоны у картин французских импрессионистов или задние планы на старинных русских иконах и росписи сводов храмов, - все внимание солисту, но без фона теряется волшебство. Ни разу, ни на йоту, оркестр не перешел черту деликатности. Да и в сценах без солиста у Федосеева есть свое мнение по трактовке каждой ноты. Он вообще играет этот концерт как сказку. Он будто сам видит какие-то сюрреалистические пейзажи, превращения тыкв и колобков, лягушек и принцев, и дирижирует так, будто зрителям уже прямо сейчас показывают этот мультфильм где-то на экране.

Еще в гала-концерте прозвучала сюита из балета «Ромео и Джульетта». Ее Федосеев играет часто, и очень любит играть. И оркестр любит. И это очень слышно. И для закрытия гала те же танцы рыцарей рельефны и узнаваемы с первой же ноты зрителями. А зрители в Клину не то, чтобы искушенные, - но душевно щедрые и очень открытые, доброжелательные. Не зря Клин Чайковского стал таким фестивальным городом, а арт-директор фестиваля Юрий Башмет пообещал с появлением концертного зала тут чуть ли не Нью-Васюки классической музыки создать, с иностранными туристами и Бог его знает еще чем. И ведь сделает, вспоминая про Сочи и Ярославль! Сделает.

Вадим ПОНОМАРЕВ

05/07/2021 - 05:06   Classic   Концерты
Знаменитый мексиканский тенор Рамон Варгас и солисты, хор и оркестр театра «Геликон-опера» исполнили программу «Чайковский-Гала» на VII международном фестивале искусств П.И. Чайковского (арт-директор Юрий Башмет) в Клину.

Рамон Варгас — звезда Венской оперы, Метрополитен-опера и Ла Скала. В 1992 году нью-йоркская Метрополитен-опера пригласила тенора заменить Лучано Паваротти в опере «Лючия де Ламмермур» вместе с Джун Андерсон. В 1993-м он дебютировал в Ла Скала в роли Фентона в новой постановке «Фальстафа», осуществленной Джорджо Стрелером и Риккардо Мути. В 1994 году Варгасу досталось почетное право открыть сезон в «Мет» партией Герцога в «Риголетто». С этого времени он украшение всех главных сцен — «Метрополитен», «Ла Скала», «Ковент-Гарден», «Опера Бастилии», «Колон», «Арена ди Верона», «Реал» в Мадриде и многих других.

Рамон Варгас
Рамон Варгас

Интриг в появлении Варгаса у дома-музея Чайковского было сразу две. Певцу уже 60 лет, и как же теперь звучит его голос? Кроме того, в программе значились не только привычные для Варгаса итальянские арии, но и Чайковский! Каково ему петь Ленского?

«Конечно, мне нужен педагог по русскому, я пока не очень хорошо произношу слова. Мой Ленский — не мексиканец. Мне кажется, что хотя Мексика и Россия находятся достаточно далеко друг от друга, они очень похожи. Я уже побывал здесь в доме-музее Чайковского, и получил невероятные эмоции. И погода сегодня хорошая, видимо, Чайковский благословил нас всех. Тут особенная атмосфера, и все ощущается немного по-другому. И открытая сцена мне нравится, я люблю опен-эйры. Такие концерты могут посетить больше людей, насладиться и погодой, и концертом», - рассказал перед концертом улыбчивый Рамон Варгас.

С погодой действительно повезло. Чайковский благословил. Огромная сцена полностью заполнилась составом оркестра и хора «Геликон-оперы» п/у Валерия Кирьянова. Выступать с подзвучкой, и найти верный баланс, чтобы из колонок было слышно и всех солистов, и оркестр, и хор, - непростая задача. Зато был жирный плюс, - оркестр под управлением Кирьянова уже выступал вместе с Варгасом, как выяснилось.

Валерий Кирьянов
Валерий Кирьянов

«У нас с Рамоном Варгасом несколько лет назад был новогодний концерт в московской консерваторией. Программа была другая, он пел большую рождественскую программу с нашим оркестром, но без хора. Тот вечер остался в моей памяти незабываемо. И когда я узнал, что предстоит новая встреча с Варгасом, это вызвало большой душевный подъем у меня. И оркестр счастлив работать снова с маэстро. Мы счастливы быть с ним вместе в этом святом месте, тем более, что Рамон Варгас исполняет Чайковского на прекрасном, на мой взгляд, русском языке. Рамон приехал к нам пораньше, за несколько дней. Мы встречались с ним в «Геликон-опере» и репетировали. Сегодня на сцене только саундчек для отстройки микрофонов, чтобы был соблюден баланс между солистами, оркестром и хором. Самое важное в исполнении музыки Чайковского — передать то, что у него между нот. Не ноты, ритм и текст, а то, что находится между строк. А там ох какая глубина. И можно всю жизнь идти, искать и пытаться добраться до этой цели», - размышляет Валерий Кирьянов.

Стоит отметить, что поначалу упомянутый баланс никак не удавалось найти, но уже к середине концерта ситуация со звуком выправилась, и стало слышно все, что хотелось бы слышать. Но как же там Варгас?

Он вышел с плачем Федерико из оперы Чилеа «Арлезианка». И сразу стало понятно, что с голосом полный порядок, несмотря на возраст. Звучит полновесное бельканто, прекрасный мгновенно узнаваемый тембр и страсть. Да, сложнее переключаться между регистрами, да, голос стал чуть ниже. Но все ценное осталось при Рамоне. Он техничен, жив, убедителен. Разве что немного перебирает с вибрато, - все-таки это точечный инструмент, проводить всю партию на вибрато кажется явным перебором.

Рамон Варгас
Рамон Варгас

А вот и Ленский. Сначала два дуэта «Как счастлив я» и ариозо - Варгасу в пару досталась прима «Геликона» Ирина Рейнард, Алексей Исаев пел с Ольгой Толкмит. Варгас действительно, как и заверял Кирьянов, поет по-русски очень чисто. «Я люблью тебья», - это звучало не карикатурно, а с подлинной страстью. Каждое слово понятно до каждой буквы (чего не скажешь про некоторых его русских партнеров). Ленский у Варгаса — это изнемогающий от страсти, но при этом чрезвычайно деликатный и обаятельный парень. А еще то и дело кажется, ну вот не вытянет он еще одну более высокую ноту, а он берет ее с легкостью. С верхушками у него полный порядок.

Рамон Варгас и Ирина Рейнард
Рамон Варгас и Ирина Рейнард

В арии Каварадосси ”Recondita armonia…” Рамон Варгас был светло-печален, а в голосе появились серебристые оттенки. И с верхушками снова полный порядок — упертые, сильные, звонкие. И снова Ленский - «Куда, куда?» с прекрасным русским и итальянское бельканто. Если бы это была неаполитанская песня, никто и не удивился бы. Дуэт Рикардо и Амелии из оперы Верди «Бал-маскарад» с виртуозной Еленой Михайленко ничем не поразил, кроме разве что опять же верхних чистейших напористых нот «со слезой» у Варгаса. Больше металла в голосе, и меньше вибрато — пошло только на пользу этому сложнейшему дуэту. Дуэт Родриго и Дона Карлоса с баритоном Алексеем Исаевым сложился. Исаеву не всегда удаются лирические партии, но когда дело касается боевитости и грома с молниями, - он на месте. И его прекрасно оттенил сладко-инфернальный в этой сцене Варгас.

Проникновенно, глубоким грудным голосом спела арию Наташи из оперы «Опричник» Елена Михайленко. Невероятно поразил в этот вечер бас Алексей Тихомиров, - он пел сцену казни из «Мазепы» и Короля Рене из «Иоланты» как в последний раз. Его роскошно обработанный бас настолько насыщен суровой эмоциональностью, психологической убедительностью, и тем особенным спокойным надрывом, что мурашки по коже. Феноменальные две арии, Тихомиров был в ударе.

Бас Алексей Тихомиров
Бас Алексей Тихомиров

Сопрано Ольга Толкмит щербяще трогательно спела арию Иоланты с полетным звуком и светлым тембром. На высоте оказался и хор «Геликона», нигде не испортивший борозду, и оркестр, ведомый Валерием Кирьяновым. Некоторые перекосы по балансу между солистами и оркестром отнесем к техническим проблемам подзвучки на свежем воздухе.

Все участники концерта
Все участники концерта

В финале все участники концерта исполнили финал первого действия оперы «Бал-маскарад», и это было по-настоящему празднично. На бис вызвали главную звезду вечера — Рамона Варгаса. Он сначала спел под оркестр «Бесаме Мучо» с весьма неожиданным, к слову, вступлением. Это было красиво, - к тому же артист перешел с оперного на эстрадный вокал, показывая грани своего дарования. Вторым бисом стала итальянская песня Core ‘Ngrato, написанная в 1911 году специально для Энрико Карузо, но кто только с тех пор ее не пел. Варгас спел ее восхитительно нежно и страстно. Это было немножко чудо.

Солисты
Солисты

А фестиваль в Клину у домика Чайковского продолжается.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Михаил БРАЦИЛО

04/07/2021 - 04:24   Classic   Концерты
Концерт пианиста Дениса Мацуева и камерного оркестра «Солисты Москвы» п/у Юрия Башмета прошел в рамках VII международного фестиваля искусств П.И. Чайковского в Клину.

Погода, в отличие от предыдущих дней, радовала. Тепло, сухо и нежарко, что важно для опен-эйра во дворике музея Чайковского. В рамках непростой эпидемиологической обстановки зрителей пускали только с наличием QR-кода о вакцинировании, стулья протирали антисептиками по последнего.

- Я помню о своих обещаниях, данных в прошлом году, - сказал Юрий Башмет. - Они исполнены на три четверти. Я обещал, что мы сыграем фестивальный концерт в Воткинске, на родине Чайковского, и мы запустили туда щупальца Клинского фестиваля. Я обещал, что мы проведем фестивальные концерты в Италии, где долго жил Чайковский. И мы уже договорились с Флоренцией, но коронавирус внес свои коррективы, и мы пока отложили этот проект до нормализации ситуации. Принципиальная договоренность уже есть. Что касается Дениса Мацуева, это мой самый любимый пианист и друг. Я знаю его много лет. Он феноменальный пианист, и хотя его знает весь мир, он не все еще показал. Он показал только… (тут лицо Мацуева заметно одеревенело в ожидании цифр) одну пятую своего таланта (Мацуев нервно улыбнулся). Он может все!

Денис Мацуев и Юрий Башмет
Денис Мацуев и Юрий Башмет

- Скажу коротко. Я здесь, потому что здесь Чайковский и Башмет, - резюмировал Денис Мацуев.

Программа под стать. Мацуев решил сыграть Третий концерт Бетховена, непростой, нежный, даже страстный. И если кто-то ждал от Мацуева в этом концерте деревянной дроби клавиш, то не дождался. Пианист был необычайно лиричен, тонок, и порою даже соблазнителен. Его трактовка Третьего концерта отсылает к почти шопеновской, более поздней, эстетике. Так же его играет порою Борис Березовский, к слову. Даже на tutti Мацуев остается сдержан и в меру спокоен.

Любопытно было услышать, как прозвучат диалоги фортепиано и оркестра, а их много в Третьем концерте, и от них многое зависит. На репетиции до концерта, кажется, получалось не все. На концерте все прозвучало выпукло. В Largo филигранные арпеджио Мацуева нежнейшим образом обволакивали текучие мелодии фаготов и флейт, в финальном Рондо идеально прозвучали переклички фортепиано и гобоев, да и все 12 повторов главной темы очерчены деликатным взаимодействием пианиста с оркестром под чуткой рукой Башмета. А ведь были еще и блистательно исполненные каденции!

«Солисты Москвы» уверенно справились и с многочисленными диалогами, и с репризами перед каденциями, и с чуткой переброской pianissimo от групп к группам.

Овации на концерте
Овации на концерте

После бурных оваций публики Мацуев не мог не сыграть немного Чайковского у дома Чайковского. И это были «Медитации» из «Восемнадцати пьес» для фортепиано, сочиненные именно тут, в этом доме. Это было чертовски трогательно. А затем, по уже заведенной традиции, у рояля к нему подсел Юрий Башмет, и они в четыре руки сыграли приджазованные вариации «Подмосковных вечеров».

Во втором отделении концерта — знаменитая Серенада для струнного оркестра того же Чайковского. Ее «Солисты Москвы» играют часто и любят играть. Для Башмета как дирижера тут простор для трактовок. Он весьма консервативен, и выбрал поначалу неспешный темп, однако чем дальше — тем темп принялся ускорять, что придало еще больше динамики и драматизма. Произведение наигранное, так что «Солисты Москвы» сыграли уверенно и как подлинные большие мастера.

Фестиваль в Клину продолжается. 4 июля тут будет «Чайковский-Гала» от «Геликон-оперы», 6 июля — Всероссийский юношеский оркестр, 8 июля — рассказы Тэффи и танго 20-з0-з годов от Ксении Башмет и Дарьи Дроздовской. 10 июля — Гала концерт с Владимиром Федосеевым и оркестром Чайковского, и закроется фестиваль спектаклем-концертом «Шекспир. Шостакович. Гамлет» с Евгением Мироновым и оркестром «Новая Россия».

Вадим ПОНОМАРЕВ

02/07/2021 - 03:32   Classic   Концерты
В честь открытия Международного фестиваля П.И. Чайковского в Клину около домика, где жил композитор, артисты театра «Геликон-опера» провели красочную акцию в Москве, выступив с оперной программой Чайковского в здании Ленинградского (бывшего Николаевского) вокзала.

Странный на первый взгляд выбор площадки оказался на самом деле весьма продуманным.

Дмитрий Бертман
Дмитрий Бертман

«Акция происходит в уникальном месте, куда приходил сам Чайковский, когда отправлялся в Санкт-Петербург или к себе в Клин, где станция - тоже на Николаевской железной дороге. По этим старым лестницам Чайковский ходил. Он сидел здесь в трактире. Он привозил сюда те личные вещи, которые мы смогли привезти сюда из музея Чайковского в Клину. Так что место уникальное и я думаю, что сам Чайковский сегодня с нами», - рассказал художественный руководитель театра «Геликон-опера» Дмитрий Бертман.

Концерт в Ленинградском вокзале
Концерт в Ленинградском вокзале

И действительно, около импровизированной сцены стоял музейный куб со строгими охранниками вокруг. Под стеклом - сразу три личные вещи Петра Ильича. Перочистка в виде кабана, хранящая следы чернил пера композитора, впервые покинула стены музея. Здесь же изящный нож для разрезания бумаги с надписью «Roma» и личный почтовый конверт с монограммой «ПЧ».

Личные вещи Чайковского
Личные вещи Чайковского

Кстати, именно с Николаевского вокзала Чайковский совершил последнее в своей жизни путешествие в Санкт-Петербург, где 16 (28) октября 1893 продирижировал исполнение своей Шестой «Патетической» симфонии, а через 9 дней скоропостижно умер от холеры.

Момент концерта
Момент концерта

Программа концерта оказалась короткой (полчаса, вокзал все-таки), но емкой. Начали с музыки из «Пиковой дамы»: грянул хор «Радостно, весело в день сей собираться», продолжили пасторалью «Хозяин просит дорогих гостей», где арию Миловзора спела Ирина Рейнард (так и в постановке театра). Продолжили «Евгением Онегиным»: хором крестьян «Болят мои скоры ноженьки...», хором гуляющих «Наконец-то Бог послал нам солнечный денек!», «Игрецкую» («Так в ненастные дни собирались они часто»), хоровая сцена из третьей картины «Ее величество сейчас пожаловать изволит...». А на бис после долгих аплодисментов спели «Многая лета», весьма уместный номер в стенах Николаевского вокзала.

Евгений Ильин
Евгений Ильин

Несмотря на довольно рассеянную акустику зала, двух порталов оказалось вполне достаточным для подзвучки электронного пианино, под которое пели хор театра и солисты. Хором дирижировал, конечно, главный хормейстер театра Евгений Ильин, и был убедителен, как и всегда. Солисты, участники Молодежной программы оперных артистов, были чудо как убедительны, особенно когда один из них вдруг появился с чемоданом на колесиках (уверен, это задумка режиссера Ильи Ильина). А вот света на сцене отчаянно не хватало...

Момент концерта
Момент концерта

Важно отметить, что этот музыкальный перформанс прошел с полным соблюдением всех эпидемиологических правил, а артисты то и дело призывали всех вакцинироваться, да и на сцену все вышли с бейджиками «Я вакцинирован»... Более того, Бертман заявил, что надеется на то, что каждый год фестиваль Чайковского в Клину будет открываться концертом на Ленинградском вокзале. Почему бы и нет? Фестиваль Чайковского проходит в Клину с 1 по 11 июля.

Евгений Ильин и хор
Евгений Ильин и хор

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Светлана МАЛЬЦЕВА

10/05/2021 - 02:41   Classic   Концерты
XIII международный музыкальный фестиваль Юрия Башмета в Ярославле закрылся в День Победы гала-концертом с премьерой новой версии «Реквиема».

Уже не совсем корректно говорить про «фестиваль в Ярославле», поскольку концерты давно идут по всей Ярославской области, - Рыбинск, Гаврилов Ям, Тутаев и т. д. И если сцена позволяет, туда приезжают не камерные составы, а целый симфонический оркестр «Новая Россия», к примеру. Хотя основные концерты идут, конечно, в областном центре. Тут и концертная программа, и сразу две академии — духовая и барокко — с ведущими мировыми педагогами и музыкантами. Тут и школа для молодых журналистов, пишущих о культуре, и преконцерты с лекциями музыковедов. Словом, фестиваль с утра до ночи вполне себе европейского типа и уровня.

«Новая Россия» с Юрием Башметом
«Новая Россия» с Юрием Башметом

Гала-концерт закрытия Башмет начал с любимой им и зрителями увертюры к опере «Сорока-воровка» Джоакино Россини с довольно бойким темпом. «Новая Россия» в несколько усеченном составе (на небольшой сцене должны были еще уместиться сразу два рояля и хор) с видимым удовольствием безупречно разыграла эту увертюру. Как и последующие за нею три фрагмента из балета «Лебединое озеро» Петра Чайковского — Pas de deux, Сцена и Русский танец. Солистом стал Николай Саченко, концертмейстер и первая скрипка оркестра «Новая Россия», при этом развивающий сольное исполнительство (I премия и золотая медаль XI конкурса им. П. И. Чайковского). Саченко скромно присел на стульчик первой скрипки, и крепенько все и сыграл. Собственно, никаких каденций тут и не предусматривалось.

Николай Саченко
Николай Саченко

Сюрпризы ждали дальше. Крайне редко исполняемое в России, да и в мире, произведение — концерт для двух фортепиано с оркестром ля-бемоль минор Макса Бруха решились исполнить Ксения Башмет и Андрей Гугнин. Мало того, что Брух ассоциируется со струнными произведениями, и тональность неудобная, так и сама история Двойного концерта тяжела. Брух написал его для американских сестер-пианисток Роуз и Оттилии Сутро, и дал им эксклюзив. Те втихаря переписали его под себя примерно тысячу раз (и это не шутка), а оригинал Бруха спрятали. Только в 70-е годы на аукционе случайно удалось найти пачку с неизвестными нотами Бруха, и потом реконструировать оригинал до какой-то степени.

Ксения Башмет
Ксения Башмет

Ксения Башмет и Андрей Гугнин оказались весьма педантичными в этот вечер, хотя исполнили только две части Двойного концерта из четырех. Драматичная и невероятно красивая музыка, имеющая явные отсылки к Оркестровой сюите №3 для органа. И требующая полноценной связи между пианистами, тут много унисонов и быстрых перекличек, не говоря про эмоциональные взаимосвязи. Все получилось.

Андрей Гугнин
Андрей Гугнин

А главной премьерой гала-концерта стал «Реквием» Кузьмы Бодрова на стихи Роберта Рождественского. Точнее, премьера прошла в январе на московском фестивале Башмета, но есть важные нюансы. Вот что говорит об этом сам композитор Кузьма Бодров:

«У Русского концертного агентства возникла идея на тексты Рождественского написать музыку. Но не петь тексты, а читать. На роль чтеца был выбран Сергей Гармаш. Это вторая редакция «Реквиема», тут появились добавления хора в нескольких частях. В январе была премьера в Москве без хора, а теперь - мировая премьера второй редакции. Писалось легко, поскольку слова очень сильные, они как заклинания. Как высеченные на скале символы. Тема будоражащая. Здесь использована тема из моей музыки к фильму «Собибор» Константина Хабенского, она сюда прекрасно вписалась, и на ту же тему. Кроме того, я писал музыку для концерта на Мамаевом кургане, компиляция военных песен с моими авторскими композициями, и она тоже тут использована в увертюре. Остальные части написаны специально для «Реквиема»».

Как сказано — так все и выглядит. В Москве действительно хора не было, а тут спела хоровая капелла «Ярославия», и сильно прибавила экспрессии всему действу. Сергей Гармаш ничего не поет, но очень здорово читает пафосный текст поэмы Роберта Рождественского «Реквием» от начала до конца (помните? «..Но зачем она им, эта слава, - мертвым?»). Сейчас поэма немного архаична, пожалуй, - но ничуть не убавила в талантливости и экспрессии. Между главками поэмы в исполнении Гармаша играет музыка Бодрова.

Сергей Гармаш и Кузьма Бодров
Сергей Гармаш и Кузьма Бодров

«Это красивая светлая музыка, грусть бывает светлой!», - сказал об этой музыке Юрий Башмет.

Увертюра и финал прописаны Бодровым основательно, что неудивительно, ибо они большей частью взяты из написанного для концерта на Мамаевом кургане опуса (включая цитату из «Журавлей» Френкеля и Гамзатова) и музыки для фильма «Собибор», соответственно. Там — и мелодии, и гармонические ходы, и параллельные тональности. Другое дело — прописанное между главками. Тут Бодров позволяет себе большей частью висеть на одной гармонии, с большим искусом прописывая многочисленные хроматические опевания, - это почти сродни минимализму, если бы не обилие партий оркестровых групп, да и хора. Возникает эффект застывания, зависания в воздухе, чего композитор и добивался, видимо. И обилие гулкой перкуссии, разумеется.

Капелла «Ярославия» вполне уверенно справилась с этими задачами. Да и для «Новой России» после Россини и особенно Бруха это выглядело скорее репетицией.

Сергей Гармаш, Юрий Башмет, Кузьма Бодров
Сергей Гармаш, Юрий Башмет, Кузьма Бодров

Фестиваль под номером 13 завершен. На него не смогли приехать только турки — чудесное трио Кудси Эргюнера со своими макамами. В период пандемии это огромная удача — провести почти без потерь международный фестиваль. И ярославские чиновники уже объявили, что 14-й фестиваль точно состоится.

Вадим ПОНОМАРЕВ

09/05/2021 - 04:01   Classic   Концерты
Большая премьера состоялась на XIII Международном фестивале Юрия Башмета в Ярославле. К 800-летию Александра Невского впервые была представлена опера-кантата «Хроники Александра Невского» композитора Александра Чайковского.

Это громадная мультимедийная постановка с участием симфонического оркестра «Новая Россия» п/у Юрия Башмета, сразу трех хоров — Филармонической хоровой капеллы «Ярославия» п/р Владимира Контарева, Камерного хора Московской консерватории п/у Александра Соловьева и хора Центрального пограничного ансамбля ФСБ России п/р Андрея Капралова. Текст читают актеры Игорь Золотовицкий и Владимир Кошевой. Солисты — Игорь Головатенко (баритон), Мария Лобанова (сопрано) и Николай Диденко (бас). А еще — компьютерная графика на заднике, которая оставила желать много лучшего, к сожалению. И режиссер Илья Ильин, который сводит все воедино. Главный хормейстер проекта — Александр Соловьев, он же и в качестве дирижера прекрасно проявил себя, пока на альте солировал Башмет.

«Хроники Александра Невского»
«Хроники Александра Невского»

Композитор Александр Чайковский рассказал, что задался целью рассказать историю жизни князя Александра Невского целиком, от начала к концу. Ведь многие до сих пор знакомы с этим именем разве что по старому фильму Сергея Эйзенштейна с музыкой Сергея Прокофьева. С другой стороны, композитор понимает все опасности сопоставления его музыки с шедевром, кантатой «Александр Невский» Прокофьева.

Юрий Башмет
Юрий Башмет

Опера-кантата Чайковского выстроена по хронологическому принципу. Родился — учился — стал князем — женился — повоевал — предал брата — получил ярлык на княжение от Орды — правил 20 лет Владимиром — поехал за новым ярлыком — умер. Не сразу понять, отчего он вдруг герой и тем более святой. Золотовицкий и Кошевой читают текст на двоих, один как из учебника, второй - как сам Невский. Певцы-солисты поют по ролям. Прекрасный бас Николай Диденко, сменивший ранее заявленного Евгения Ставинского, успешно справляется с запредельным диапазоном нот у своего персонажа отца Александра Невского, прописанными Чайковским, и… исчезает навсегда.

Игорь Головатенко
Игорь Головатенко

Больше всего достается спеть баритону Игорю Головатенко в роли Невского, и он отчаянно хорош тут, демонстрируя бескомпромиссное бельканто. Есть и помпезности, есть и лирический любовный дуэт с Марией Лобановой в роли жены («Я знаю, что я не знаю ничего», - неожиданный поворот для воина и отнюдь не Сократа). Жена, впрочем, тоже без всяких объяснений вскоре пропадает навсегда. Но лирический дуэт запоминается.

Мария Лобанова
Мария Лобанова

Для Юрия Башмета выделено специальное альтовое соло, которое звучит зловеще тревожно и непривычно атонально для Чайковского. Необходимость же сразу трех хоров, кажется, весьма сомнительна — со всеми партиями уверенно справилась бы одна «Ярославия» или хор МГК, фортиссимо для хоров почти не используется.

«Братья, не в силе Бог, а в правде», - эти якобы слова Невского перед битвой со шведами из Никоновской летописи неизбежно вошли в либретто Дмитрия Макарова. Тут они звучат в виде актерского монолога. Ну, просто надо это обозначить.

Вполне себе «датское» сочинение Александра Чайковского завершается впечатляющим финалом с экспрессивной патетической оркестровой партитурой и изысканными хоровыми партиями вполне в соответствии с канонами отпевания. Возможно, финал стоит исполнять отдельно, как произведение для оркестра и хора. До этого момента музыка Чайковского предельна эклектична, как обычно, - русские распевы сменяются почти джазовыми ритмами, суровый речитатив на одной ноте обрывается экстатичным глиссандо вверх, Стравинский и Гершвин прикладывают ладони к ушам, но их глушат православные трубчатые колокола.

Вадим ПОНОМАРЕВ

08/05/2021 - 06:51   Classic   Концерты
Камерный оркестр «Солисты Загреба» представил необычную программу на международном фестивале Юрия Башмета в Ярославле.

Необычность заведомо была заложена в программе. Во-первых, в России планировалось сыграть практически незнакомого тут хорватского композитора с греческими корнями Бориса Папандопуло. Во-вторых, сыграть авторское переложение для камерного струнного ансамбля Пятой симфонии Бетховена, на секундочку.

«Солисты Загреба»
«Солисты Загреба»

С Папандопуло (1906-1991) вышло не очень. Из всего гигантского массива произведений, написанных этим классиком хорватской музыки, «Солисты Загреба» выбрали именно Pintarichiana. Это довольно легкое романтичное произведение, явно наследующее Штраусу и Оффенбаху (или даже нашему Исааку Дунаевскому). Его приятно играть, там есть эффектные коды частей, провоцирующие зрителей на аплодисменты между ними. Но нет глубины, раскрывающей мастерство музыкантов «Солистов Загреба». Меж тем бывшему ансамблю радио Загреба уже 68 лет, это солидный и заслуженный коллектив.

Но может быть, так и было задумано! По крайней мере, именно в этом уверял после концерта Сретен Крстич, концертмейстер оркестра, объясняя разительный контраст со следующим произведением, нечасто исполняемой симфонией Луиджи Боккерини «Дом дьявола». Это совсем другая музыка, сложно организованная, трагичная и невероятно талантливая, что ни говори. Волшебной красоты музыка Боккерини была исполнена безупречно чисто, с огромным динамическим диапазоном, - это прекрасно сыгранный, сплоченный и понимающий друг друга с наклона головы коллектив. Великолепное исполнение.

Кстати, у всех музыкантов «Солистов Загреба» довольно новые инструменты, как выяснилось. Никаких старых итальянцев нет. Как объяснил Крстич, так сложилось исторически, - музыканты покупают только новые инструменты от ведущих европейских производителей, в основном из Италии и Германии. Но звучат они не хуже раритетных. Благо состав ансамбля невелик: пять скрипок, всего два альта, две виолончели и один контрабас.

Именно поэтому с тревогой ожидалась российская премьера переложения того же Сретена Крстича Пятой симфонии Бетховена. Как? Ни перкуссии, ни валторн и гобоев, как играть все эти могучие бетховенские оркестровые фортиссимо, раскиданные по всей симфонии? И что с финалом без пикколо и контрфаготов, да и без литавр? За кулисами Крстич успокаивал — это не первый его опыт переложений, он и другое из Бетховена и Моцарта перекладывал… Но на душе было тревожно.

Довольно быстро выяснился замысел. Все струнные партии остались у струнных, хотя всего два альта в составе существенно снизили возможность «перекинуть» им партии гобоев, например. А за контрфаготы и вообще всю перкуссию отдувался один-единственный контрабас. Уже в почтенном возрасте Марио Ивелья виртуозно изображал то тамтамы, то все контрабасы разом, то литавры, то все тот же контрфагот. Нельзя было ожидать существенной плотности или громкости звука, задуманных Бетховеном, но с учетом продуманной динамики звукоизвлечения всех остальных струнных в какие-то моменты действительно казалось, что контрабас гремит фортиссимо.

«Солисты Загреба»
«Солисты Загреба»

Эксперимент спорный, конечно. Но в его защиту можно сказать две очевидные вещи — достаточно достоверное впечатление про Пятую симфонию произведение все-таки дает, и само по себе, как просто произведение для струнных, оно звучит гармонично и гениально (Бетховен же). А желающие послушать симфонию в оригинале всегда могут сделать это.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Марина КОЗЛОВА

06/05/2021 - 04:33   Classic   Концерты
Главным «духовым» концертом фестиваля Башмета в Ярославле стал концерт Gstaad Festival Brass, квинтет из лучших швейцарских медных духовиков. И вот почему.

Сначала надо объяснить странное название Festival Brass. Все началось с Иегуди Менухина, который в расцвете славы решил основать в Швейцарии свой фестиваль, это было в 1957 году. Со временем фестиваль разросся до невероятной плотности инфраструктуры, - разъездной по всему миру Гштадский фестиваль имени Менухина (например, в 2021 году он пройдет в Лондоне с участием Канторова и Конуновой), полноценная музыкальная Академия для молодых музыкантов, Цифровой фестиваль (бесплатные записи концертов и мастер-классов), а также полноценный Гштадский фестивальный оркестр, состоящий из лучших музыкантов ведущих оркестров Швейцарии. Так вот, частью этого оркестра является и Гштадский фестивальный брасс. Стоит напомнить, что Гштад — это всего лишь швейцарская деревня, пусть и мировой горнолыжный курорт.

А еще стоит напомнить, что музыканты Gstaad Festival Brass — частые гости фестивалей Башмета, причем не только как музыканты, а в первую очередь как педагоги. В феврале они приезжали на фестиваль Башмета в Сочи, а теперь — они учили юных российских духовиков в Ярославле все дни, начиная с открытия 1 мая. И видели бы вы, какими восторженными овациями встретили швейцарских маэстро сразу после концерта на служебном входе филармонии их благодарные ученики!

Gstaad Festival Brass
Gstaad Festival Brass

Собственно, это неудивительно. Ведь все участники Gstaad Festival Brass (состав нестабилен, иногда с ними играют американские или европейские музыканты), - всегда педагоги. Первая труба Иммануэль Рихтер — доцент Высшей школы музыки в Люцерне, заодно солист оркестра Базеля. Валторнист Оливье Дарбелле — профессор консерватории Лозанны и Высшей школы музыки в Цюрихе, заодно солист Бернского оркестра. Остальные дают частные уроки, и все-все играют в бернском или базельском оркестрах. Словом, типичный «профессорский» концерт, когда педагоги играют так эталонно, чтобы показать, как это все вообще должно звучать на высочайшем уровне.

Не вдаваясь в нюансы плачевного состояния духовой школы в России, стоит признать, что это и был мастер-класс того, как может духовой квинтет играть так, чтобы киксы и петухи не заслонили суть музыки. Нет, от киксов не застрахован в духовых никто, даже профессоры. Они есть, были и будут. Но не заслонить музыку — вот это получилось безупречно.

Выстроить программу тоже получилось безупречно. Начали с Генделя - «Прибытие царицы Савской» как нельзя лучше подходит для академического чопорного старта. Игры с Бахом тоже хороши — забавная транскрипция знаменитой фуги соль минор, а затем переложение арии из «Охотничьей кантаты» с двумя флюгельгорнами, намекающая на смену парадигм.

Жемчужиной первого отделения стало неожиданное исполнение русского брасс-энтузиаста Виктора Эвальда, довольно хорошо известного, как выяснилось после концерта на пресс-подходе, в Швейцарии. Наряду с Жан-Франсуа-Виктором Беллоном, другим прародителем жанра. Сложно назвать Эвальда оригинальным или авангардным композитором, но его задачей было дать репертуар басс-квинтетам, исходя из текущей на начало XX века ситуации. Очевидны отсылки к великим старшим современникам, вроде Малера или Минкуса или Грига, а вот более дерзкие современники, как Рахманинов или Скрябин, вообще не попали в его парадигму. Винить нечего, Эвальд с нуля создавал «респектабельный» академический репертуар для духовых, и его логика понятна.

Третий брасс-квинтет Виктора Эвальда действительно представляет собой довольно романтическое по духу произведение, тут нет скерцо, зато есть бравурное интермеццо и даже виво, по сути — глория. В нем можно услышать что угодно, даже Шопена. Но самодостаточных мелодий, кажется, все-таки нет. Громоздкое, добродушное и педагогическое сочинение, но отчего нет.

Второе отделение, с учетом порядочно ушедшей публики, было куда легче и джазовее. «Скерцофрения» Ришара Дюбуньона, известного швейцарского композитора и штатного автора Лозаннского камерного оркестра, которого называют «сыном Равеля и Прокофьева», - по сути дивертисмент. Изысканные переливы скерцозных импровизаций, причем без импровизаций. Не менее выигрышными оказались «Три пастели о Belle Epoque» Жана-Франсуа Мишеля, ироничные джазовые вариации на тему диксиленда, иногда со смешными квакерами на сурдинах. А вот его же «Госпел» ничем не впечатлил.

Gstaad Festival Brass
Gstaad Festival Brass

Завершил концерт снова Бах. Опять забавное переложение Dixie Bach из фуги №2 первого тома «Хорошо темперированного клавира». Очень джазовое, да и сами музыканты признались в любви к Диззи Гиллеспи как к пионеру бибопа после концерта. А потом на бис зрителей ждал снова парафраз Генделя и чудный микс из джазовых стандартов.

«У нас нет босса. Каждый из нас - лидер бенда. Мы очень любим демократию, поэтому у нас не может быть одного лидера. Каждый - лидер!», - признались после концерта музыканты.

Кстати, весь концерт был посвящен 100-летию Тимофея Докшицера, потому что русская музыка для них ассоциируется именно с великим русским трубачом, права на произведения которого сейчас принадлежат швейцарским издательствам.

Вадим ПОНОМАРЕВ

26/04/2021 - 03:19   Classic   Концерты
В евангелически-лютеранском кафедральном соборе святых Петра и Павла состоялась премьера «Реквиема» Моцарта в редакции Байера с ГАСО им. Светланова и хором имени Свешникова.

Ну, как премьера… Для хора Свешникова это действительно премьера, ранее редакцию 2006 года Франца Байера он не пел. А вот Московский камерный хор Владимира Минина, например, чуть ли не с 2005 года редакцию Байера поет, но в версии 1979 года.

Реквием Моцарта

Напомним, что необходимости «редакций» Моцарта появились только из-за того, что Моцарт умер, не завершив заказанный ему «Реквием». И завертелся цирк — вдова (и певица) Констанца не хотела возвращать заказчику аванс, начала просить учеников Моцарта втихомолку «дописать» мессу, чтобы продать ее законченной. За дело брался то один, то другой. Рукописи Моцарта варварски дописывались поверх оригинала, или вообще попросту были утрачены в итоге. Более других в написании законченного «Реквиема» преуспел ученик Франц Ксавер Зюсмайер (заодно он спал с Констанцей и она даже родила ему ребенка еще при жизни Моцарта!). Констанца умудрилась еще и спеть «Реквием» чуть ли не за год до исполнения у самого заказчика… Словом, детективная история с отравлениями, политикой, масонами и сексом. В итоге только в 1800 году нотариусом (!) были зафиксированы различия в трех вариантах рукописей, разделена работа Моцарта и Зюсмайера, и на этом «Реквием» Моцарта официально появился как товар на нотном рынке.

Но споры о подлинности все равно разгорелись уже с 1825 года. Версия Зюсмайера справедливо критиковалась со всех сторон, по мере развития моцартоведения. Фуга Osanna, если и имела исходный черновик Моцарта, написана настолько нетипично для мастера фуг Моцарта, без типичных для него проводок темы и стретт. Вторая половина фуги Sanctus со слов Pleni sunt соeli становится жутко нетипичной по тональным планам для Вольфганга. Центральная часть «Реквиема» Benedictus вдруг представлен очень скупым вступлением, и в целом звучит довольно искаженно для безупречно гармонизировавшего Моцарта. Придирок сотни.

Голландский дирижер Эдуард ван Бейнум в 1941 году уменьшил оркестровый состав, обойдясь без труб в Sanctus и Benedictus (заменив их тромбонами) и вставил два модулирующих такта в Benedictus, чтобы избежать смены тональности в Osanna. Немецкий музыкант Карл Маргер в 60-х, обратив внимание на весьма странное для Моцарта отсутствие высоких деревянных духовых инструментов (гобой, кларнет, флейта) в партитуре, добавил их в партитуру, заодно подправив еще пару неуклюжих моментов.

Обсуждаемая сейчас версия немецкого альтиста Франца Байера впервые появилась в 1971 году, затем он переделал ее в 1979, и дорабатывал вплоть до 2006 года, - ныне считается наиболее авторитетной. Байер с достаточным уважением отнесся к канонической версии Зюсмайера, он вмешался прежде всего в инструментальные партии (особенно в тромбонах), и удалил неловкости в движениях (например, параллели с квинтами). В партиях, которые были полностью написаны Зюсмайером, он внес более существенные изменения, - например, изменил хоровые партии в Lacrimosa dies illa. Им дописаны четыре такта фуги в Hosanna, и другие изменения.

Сейчас именно версия Байера наиболее исполняема, ее предпочитают такие музыканты, как Леонард Бернстайн, Николаус Арнонкур, Невилл Марринер, Владимир Спиваков.

«Франц Байер отнес Реквием в химчистку и удалил пятна. Он сделал его более прозрачным и упрощенным, чтобы он был менее обременен неудачами Зюсмайера», - сказал Роберт Левин, профессор Джульярдской школы, сам написавший в 1991 году свою еще одну очень популярную версию «Реквиема».

Реквием Моцарта

Лютеранский собор Петра и Павла на Китай-городе — популярная концертная площадка, порой тут по несколько концертов в день. Здесь шикарная акустика, роскошный орган и достаточно места для размещения хора и оркестра. Впрочем, оркестр для «Реквиема» возможен и в довольно усеченном составе, - все-таки в партитуре маловато деревянных духовых и валторн, зато обязательны бассетгорны (привет из «Волшебной флейты») и орган.

Ксения Нестеренко, Полина Шамаева, Юрий Ростоцкий и Вадим Зарипов
Ксения Нестеренко, Полина Шамаева, Юрий Ростоцкий и Вадим Зарипов

Квартет солистов в этот вечер весьма представителен, и находится в расцвете своей вокальной формы, что очень важно. Партию меццо поет солистка «Новой оперы» и Венгерской оперы Полина Шамаева, сопрано — солистка театра «Новая опера» Ксения Нестеренко. Тенор — экс-солист «Новой оперы» и солист ВГТРК-Культура Юрий Ростоцкий, бас — солист хора Сретенского монастыря Вадим Зарипов. Все четверо — в превосходной вокальной форме, еще раз подчеркнем. Звучат идеально, тембры сочетаются идеально, - давно не приходилось слушать настолько гармоничный вокальный ансамбль из звезд. Никто даже не попытался потянуть одеяло на себя, что ценно и уважаемо.

Дирижер Олег Романенко
Дирижер Олег Романенко

Отдельно стоит сказать про инициатора всей этой идеи, дирижера всего этого Олега Романенко. Именно он, директор фонда Collegium Musicum, собрал тут и Светлановский оркестр, и хор Свешникова, и четверку солистов, с которыми он часто делает параллельные проекты, например, недавнюю программу «Аллилуйя» в этом же соборе. Романенко смог соблюсти чистую гармонию между хором, оркестром и солистами. Никто никого не перекрикивал, все прозвучало достойно и степенно. Очевидно, что в партитуре хоть Зюсмайера, хоть Байера всегда главенствует хор, таковы правила жанра для мессы. Большая часть сохранившихся черновиков Моцарта — только для хора и солистов. И хор Свешникова был отчаянно хорош, и Светлановский госоркестр — невероятно деликатен и тонок.

Реквием Моцарта

Очевидно, что версия Байера уже взята в плотный оборот. Хотелось бы теперь услышать версию Роберта Левина, который исправил отсебятину Зюсмайера куда более резко, чем Байер, и добавил переработку довольно неуклюжей фуги Hosanna по модели моцартовской Мессы до-минор, куда более приемлемой для церковной музыки Моцарта. Он добавил фугу Amen, набросок которой авторства Моцарта из 16 тактов был найден в 1962 году. Пока, насколько известно, ее исполняли лишь в Белоруссии - хоровая капелла им. Г. Ширмы, они и в Россию ее привозили. А вот исполнений российских хоров даже в интернете найти не удалось.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Светлана МАЛЬЦЕВА

Ксения Нестеренко, Полина Шамаева, Юрий Ростоцкий и Вадим Зарипов
Ксения Нестеренко, Полина Шамаева, Юрий Ростоцкий и Вадим Зарипов
17/03/2021 - 05:17   Mix   Концерты, Джаз
Известный джазовый бас-гитарист Алекс Ростоцкий презентовал в клубе Алексея Козлова свой новый альбом «Рогожский фрейлекс» в свой 66-й день рождения.

Альбом состоит из восьми пьес, и посвящен исследованию еврейской музыкальной традиции (фрейлекс — традиционный коллективный танец евреев Восточной Европы в размере 3/8 + 3/8 + 2/8, он же «7/40») в коннотации с европейским джазом, отчасти прог-роком и русской классикой. Не обошлось без любимого Ростоцким композитора Модеста Мусоргского и Эрика Сати.

Алекс Ростоцкий
Алекс Ростоцкий

«Этой пластинкой я занимался четыре года, хотя у меня за плечами более 30 альбомов. Я переделывал эту программу много раз, я думал, долго выбирал состав. Я был совершенно не знаком с еврейской культурой, хотя моя бабушка говорили на идише и готовила самую вкусную на свете фаршированную рыбу. Все это я понял только четыре года назад. Я ощутил это в районе старого гетто в Венеции. Я почувствовал, что во мне много еврейства, о котором я никогда не догадывался. Гуляя по центру старообрядчества на Рогожской заставе, около своего дома, я услышал внутри себя еврейскую мелодию. Поспешил домой, и сразу записал ее, буквально небольшой мотив. Из этого выросла заглавная пьеса альбома «Рогожский фрейлекс». Я подумал, что из этой мелодии можно сделать такое, чтобы еврей пустился в пляс», - рассказал Алекс Ростоцкий.

Для исполнения такой музыки Ростоцкий собрал состав, с которым и был записан альбом, и он же предстал на презентации в клубе Козлова: Олег Грымов – тенор- и сопрано-саксофоны, флейта; Максим Шибин – гитара; Петр Ившин – барабаны. Очень важной частью концерта стал видеоперформанс на основе картин Ростоцкого, который провела Тамара Зубова.

Группа Алекса Ростоцкого
Группа Алекса Ростоцкого

Стоит упомянуть, что программа «Рогожский фрейлекс» уже была сыграна в Архангельске в прошлом году на Днях Джаза, а с 2018 года Ростоцкий играет программу «Евреи... Страны... Города...» в формате квинтета (с добавлением перкуссии) с пересекающейся тематикой. В планах музыкантов — проехать с этой программой все страны, в которых живут евреи (то есть всю планету, очевидно).

На презентации сыграли альбом как он есть, по очереди все треки. Первый же и заглавный «Рогожский фрейлекс» концептуально очертил композиторский замысел Ростоцкого: вшить характерную грустную мелодику (за нее отвечает почти всегда саксофон) в прогрессив-басовую структуру с прихотливо-переменчивыми размерами, иногда нечетными, и размашистыми барабанами Ившина. Ростоцкий уверенно сторонится дыхания фри-джаза, никакого тут вам Колтрейна, гармонический ряд жестко задан бас-гитарой, импровизации всегда тональны. Его задача — не рвать с еврейской традицией аки Джон Зорн, а воссоздавать ее в гибкой полиритмии, и тут на ум сразу приходит великий Бенни Гудман. И это именно что пьесы, все композиции многочастны, и предполагают развитие и контрасты. Композитор Ростоцкий умело выстраивает драматургию, и она едва ли не важнее импровизации как таковой. Забавно, что гитара молодого Максима Шибина то льнет к басовым интенциям, то делает дуэтные переклички с саксом, а то и выступает в роли ритм-гитары, но почти никогда не солирует совсем уж самодостаточно. Зато, как рассказал Ростоцкий, три года они искали звук гитары для каждого номера, и забивали их в память процессора, и это очень важно для него.

Алекс Ростоцкий
Алекс Ростоцкий

После фрейлекса сыграли психоделическую композицию «Майские любовники» - начало отсылает к раннему Pink Floyd, а затем все заливает солнечный киношный свет в духе итальянского или польского джаза 70-х, и снова издевательски-шпионский Pink Floyd. А потом и джазовый оммаж Мусоргскому, из «Картинок с выставки» взята, конечно, пьеса «Два еврея, богатый и бедный». Но тут как раз драматургия и потерялась, кажется. Это же разговор богатого и бедного, один властный, другой подобострастный и просящий. Ростоцкий уже играл это в альбоме «Картинки с выставки» (2009), но там был рояль. Тут роли богатого и бедного излишне перепутаны, ни саксофон, ни гитара не берутся за диалог «в образе». Так что ни самого диалога, ни конфликта не получилось, увы.

Танго «Еврейское счастье» снова отсылает к 60-70-м, но будто бы эти гитарные пиццикато рисуют аргентинские пампы, по которым идет бесконечный «Караван» Дюка Эллингтона, из которого вдруг то и дело доносятся еврейские танцевальные мелодии, как из взломанного «Моссадом» радиоприемника. И это самый красивый номер альбома, несмотря на то, что Ростоцкий признался, что ему было неловко поначалу предлагать музыкантам сыграть такую «неджазовую музыку».

Группа Алекса Ростоцкого
Группа Алекса Ростоцкого

Пьеса «Над Витебском», посвященная Марку Шагалу, открывается рассыпчатыми перкуссиями Петра Ившина, как разваливающийся песочный пирог на тарелке. Но с утяжеляющейся бочкой вступают и остальные, и плачущий саксофон обозначает простодушную местечковость, а безладовый бас Ростоцкого с удовольствием рисует выпуклые рефлексивные остинаты с ароматными затактами. У меня никакой ассоциации с любимым Витебском так и не возникло, честно говоря, но это такой прекрасный прог-фьюжн-рок с суетливой гитарой и плаксивым саксом, что хочется слушать (да, и не стоит забывать флэшбэки с фрейлексом, то и дело всплывающие из ниоткуда, и унисоны баса с голосом Ростоцкого).

Аукцион картин Алекса Ростоцкого
Аукцион картин Алекса Ростоцкого

После антракта и аукциона картин Алекса Ростоцкого начали с пьесы, которая родилась в Стамбуле, куда Ростоцкий «поехал слушать народных музыкантов по ночам». Это «Маленькая девочка с улицы Истикляль» (улица вроде московского Арбата в Стамбуле).

«Тут звучит всего одна нота, которая дает характер пьесе и характеризует Восток. Всего одна нота! Я хотел бы написать еще несколько пьес, в которых всего одна нота дает характер», - говорит Алекс Ростоцкий.

Что за ноту имел в виду музыкант, он не пояснил. У гитариста тут немало нот, и он явно играет по заветам Алексея Кузнецова, многословного и воздушного одновременно. Возможно, речь шла о полутоне вниз от тоники, дающем этот «восточный» привкус музыке макамы.

Олег Грымов и Максим Шибин
Олег Грымов и Максим Шибин

Дальше — больше. Двинулись в Египет, там сфинксы и фараоны. Фантазия на темы египетской музыки с доминирующим на первые сильные доли саксофоном, - и это, конечно, чистой воды фэнтези на тему «шестидневной войны». Видеоряд говорит о том, что фараоны вроде Тутанхамона, правившие всего 9 лет, с 10 до 19 лет от роду, стали культовыми легендами. Эта прекрасная пьеса, с отличным саксофонным соло, - самая джазовая на альбоме, и вполне может стать стандартом.

Да, и Сати. Была сыграна вариация на тему Gnossiennes, одного из самых известных произведений Эрика Сати. И это было первое исполнение пьесы. А затем сыграли, собственно, заглавную пьесу проекта «Евреи... Страны... Города...». Тут все темперированно, все живет и благоухает. И есть, что поиграть музыкантам, хотя это по-прежнему не очень похоже на импровизацию или даже каденцию.

Петр Ившин – барабаны
Петр Ившин – барабаны

Музыканты выступили на сцене, залитой проекциями их видеоряда. Иногда это было забавно, иногда слепило им глаза. Но очевидно, что без видеоряда не было бы такого погружения хоть в иудаизм, хоть в фараонов. Отчаянно не хватило танцев — было ощущение, что серьезные большие музыканты стесняются танцулек под их музыку, хотя почему нет. Это же энергетически проецируется — зал полон, и никто не танцует. Что за старперство! Ну не подумали…

И все-таки альбом «Рогожский фрейлекс» - прекрасный альбом. Да, раздолбаи-джазмены даже не подумали залить их на стриминги, они люди другого поколения. Из 30 альбомов Ростоцкого только 3 доступны там, - черт, это адский рекорд неадеквата. Стоит поискать эту музыку. Эта музыка того стоит. Они отличные музыканты, им можно простить.

Вадим ПОНОМАРЕВ

Страницы